Физику – в школу

26 сентября 2011

Дискуссии о характере и содержании образования характерны для нашего российского общества на последнем двадцатилетнем  временном отрезке. При этом люди, имеющие разное отношение к процессу образования, рассматривают настоящее и будущее школьного, высшего и послевузовского образования с различных, иногда диаметрально противоположных точек зрения. Подавляющее большинство людей, имеющих профессиональное отношение к образованию, озабочены, как правило, тем, чтобы, по крайней мере, сохранить все то положительное и уникальное, что досталось нам от советской средней и высшей школы, сделать это базисом дальнейшего развития российского образования. Родители, абитуриенты и студенты заинтересованы, прежде всего, в таком образовании, которое позволит им быть успешными в той социально-экономической модели общественного устройства, которая сложилась в нашей стране за последние годы. Государственные структуры декларируют образование (вообще) как основу для социально-экономического развития нашего общества в ближайшей и среднесрочной перспективе (экономика, основанная на знаниях и т.п.).

 

Автор этой небольшой статьи, не смотря на административные должности, до сих пор считает себя практикующим профессором физики (читаются лекции, ведутся исследования, публикуются статьи и учебники, защищаются аспиранты и т.д.), и в этом качестве взял на себя смелость высказать несколько соображений о школьном физическом образовании и месте физики в современном спектре школьных наук.

 

Начнем с общепринятого и уже, кажется не оспариваемого положения, что в советское время физике в школах учили хорошо. Из этого, однако, не следует, что сейчас физике учат много хуже. И давайте не будем по этому поводу ругать единый государственный экзамен и ставить ему в вину, что в школьном образовании что-то не так. В конце концов, ЕГЭ это только финальная оценка уровня знаний и умений и не более того. Главное отличие ситуации с физикой на данный момент от той, что была лет 30 назад, заключается в том, что тогда было значительно больше желающих учиться физике. И детей и их родителей. Причин можно назвать несколько. Главные из них, на наш взгляд, четыре.

 

Во-первых, был спрос на специалистов с техническим и физико-математическим образованием. Не нужно путать это с тем явлением, что выпускники соответствующих факультетов сейчас тоже без работы не остаются. Но в настоящее время это не спрос на узких специалистов, а желание работодателя принять на работу умных и образованных людей, которые заканчивают инженерные факультеты хороших технических университетов и физико-математические специальности классических университетов.

 

Во-вторых, государство в согласии с обществом в советское время заявляло, что будущее нашей страны – промышленное и технологическое. Отсюда выдающиеся инженеры, выдающиеся физики были в числе «героев времени». Ничего, что имена многих из них были засекречены и неизвестны широкой публике. Само название «Главный конструктор» было нарицательным и произносилось с уважением. Телевидение, пресса и масса научно-популярной литературы всемерно способствовали этому. Вспомните «9 дней одного года» и Баталова в одноименном фильме… 

 

В-третьих, государство организовывало, финансировало и контролировало просветительскую работу в стране, и надо сказать, она была поставлена на хороший уровень. Астрология, паранаука, религиозная пропаганда, откровенная вера и, я бы сказал, тяга к всевозможным чудесам, были характерны для довольно узких групп населения. Известно, что интерес проявляется в ходе познания. Поэтому, трудно представить великий интерес к физике в условиях, когда значительная часть населения (и молодежи) сомневается, движется ли Земля вокруг Солнца или наоборот.

 

Наконец, четвертая причина не особой популярности физики в нашем обществе состоит в том, что «образовательная мода» в сознании молодых людей, способных к инженерным и точным наукам, сместилась в область компьютерных наук.

 

Все это приводит к тому, что возникает некая обратная связь, и в школу сейчас приходит не так много молодых способных учителей физики.

 

Что делать? Этот вопрос задается, естественно, с точки зрения людей, заинтересованных в том, чтобы наша страна вновь стала индустриально развитой державой и страной поголовной грамотности населения в элементарных вопросах устройства мироздания. Кстати, этот вопрос довольно неожиданно получил некоторую дискуссионную окраску в связи с недавним коротким, но бурным обсуждением в обществе проектов новых образовательных стандартов. Спектр мнений заинтересованных и просто любопытствующих оказался весьма широк: от естественной на наш взгляд точки зрения о необходимости всеобщей  физико-математической грамотности выпускников школ до полного отрицания необходимости сколь-нибудь серьезного изучения физико-математических дисциплин в школе. Автор присутствовал на одном обсуждении проектов стандартов, где директор (!) школы рассказывал собравшимся, что он в жизни никогда не испытывал дискомфорта по поводу своего полного незнания физики и делился своими планами вообще ликвидировать физику как учебный предмет в своей школе.

 

Будем надеяться, что государство и общество, наконец, окончательно и твердо осознает, что его будущее – технологическое. Тем не менее, давайте посмотрим, что мы (т.е. сообщество профессиональных физиков, учителей, преподавателей вузов и всех сочувствующих) можем предпринять для исправления сложившейся ситуации. Я считаю, максимум, что мы можем сделать — увеличить  число интересующихся физикой и желающих изучать физику. Нашему университету это важно еще и потому, что мы с советского времени сохранили в своем составе три физических факультета – собственно физический, радиофизический и высшую школу общей и прикладной физики. Я расскажу о нескольких формах работы в этом  направлении, ссылаясь на опыт нашего университета и свой личный опыт.

 

Давайте признаем, что привычная форма пропаганды изучения физики, когда пожилой почтенный профессор выступает перед классом в школе и пытается донести до детей, что то, чем он занимается, безумно интересно, в подавляющем большинстве случаев совершенно неэффективна, более того, приводит к противоположным результатам. Для того чтобы современные дети внимательно слушали все это, а тем более заинтересовались сказанным, лектор (профессор) должен быть в значительной степени артист оригинального жанра, что бывает, согласитесь, нечасто. Как показывает наш опыт, результата можно добиться, если такой рассказ производится с использованием современных интернет-технологий. Представьте себе классную комнату, не выходя из которой можно послушать лекцию, посмотреть эксперимент, задать вопросы и получить ответы. Мы второй год используем такую технологию для рассказа о чудесах нанотехнологий, причем рассказчик находится непосредственно в университетском наноцентре у приборов и установок, о которых рассказывает и которые показывает, а дети могут находиться в классе в своей родной школе.. Как показывает опыт, на такие лекции детей не нужно привлекать какими-то особыми учительскими способами, а среди слушателей обычно оказываются учителя не физики и даже высокое образовательное начальство…

 

Более серьезные результаты достигаются и более значительными усилиями. Более 15 лет при физическом факультете нашего университета работает неформальное объединений классов, учителей, отдельных школьников, которой мы называем Малая школьная академия. В эпоху до ЕГЭ учеников 10 -11 классов доучивали, давали дополнительные знания по физике, математике, информатике. Очень важно, что все это происходило не в школе, а на физфаке с его особой атмосферой, которая у каждого ученика формировала чувство причастности к той работе, которую выполняют физики. Все те, кто не сбежал после полугода учебы, распределялись по лабораториям и вливались в настоящие научные микроколлективы. В любой самой сложной научной работе есть маленькие понятные школьнику задачи. Научному руководителю необходимо было придать им законченность. И вот после полутора лет работы писалась школьная «диссертация». Кавычки, в которые я заключил это столь популярное в наше время слово, означает лишь значительно большую долю заинтересованности, непосредственности и, если можно так сказать, научного романтизма в этих работах, нежели во многих настоящих диссертациях. Как и положено, потом происходила защита перед лицом высокой комиссии (почти диссертационный совет) и, конечно, публикация результатов. Работы публиковались в специальном сборнике «Структура и свойства твердых тел», школьник публиковался в соавторстве с научным руководителем (профессором или доцентом). Практически все выпускники, прошедшие эту процедуру, поступали на физический, радиофизический, иногда на механико-математический факультеты и весьма успешно учились. На кафедре, которой я заведую, один из моих школьных диссертантов уже доцент, другой тоже защитил кандидатскую диссертацию. Такая же ситуация и на других кафедрах физфака и в лабораториях физико-технического института. Кстати, физфак у нас в университете один из самых молодых факультетов.

 

Около 10 лет назад мы взяли на себя организацию и проведение городской конференции Научного общества учащихся «Эврика». Место проведения – физфак университета, жюри – ведущие профессора и доценты, критерии оценок – хотя бы зачатки научности и, естественно, здоровый интерес авторов к физике. Все, кто хоть один раз бывал на подобных мероприятиях, понимают, как важны эти критерии.

 

Наконец, еще одна возможность в обсуждаемом многотрудном деле – олимпиадное движение. Университет проводит в настоящее время 6 аккредитованных олимпиад, в том числе и олимпиаду по физике. Олимпиады – это отдельная большая тема, и я не смогу в краткой статье описать как технологию проведения, так и метод привлечения школьников. Хочу сказать лишь, что у нас это получается. Два года подряд мы весь набор на 1 курс факультета Высшая школа общей и прикладной физики комплектуем исключительно из состава победителей и призеров олимпиад школьников. Подготовка  на этом факультете – суперэлитарная. Состав студентов, как вы понимаете, позволяет…

 

Хочется несколько слов сказать о просветительской работе. Понятно, что запретить людям верить в чудеса, принимать любую ненаучную концепцию устройства мироздания невозможно, да и ненужно. Единственный способ преодолеть неграмотность и суеверие значительной части наших сограждан, особенно детей, можно только словом, в том числе печатным. Было бы хорошо, если интернет-активные профессора и доценты, а также младшие, старшие и прочие научные сотрудники писали не только о политике, но и о науке. Мне кажется, это и приятнее, и намного полезнее. В крайнем случае, читатели хотя бы познакомятся с правильным научным русским языком в Интернете.

 

Как известно, большинство физиков — оптимисты. И я бы хотел закончить свою небольшую заметку на оптимистической ноте. Хочет кто-то этого или нет – в процессе создания экономики и общества, основанных на знаниях, в нашей стране точные и естественные науки и соответствующие школьные дисциплины будут востребованы с необходимостью. Ренессанс неизбежен. 

Комментариев пока нет

Ваш комментарий будет опубликован после модерации.

25 января 2017

С Днём российского студенчества!

Уважаемые студенты! Примите искренние поздравления с вашим замечательным праздником! Своими успехами в учебе, научной и инновационной...